Новости

Новости

«DBA – элитная программа для состоявшихся людей с творческой натурой»

17 Февраля2015
«DBA – элитная программа для состоявшихся людей с творческой натурой»

Программа DBA в Институте бизнеса и делового администрирования в Российской академии народного хозяйства и госслужбы при Президенте РФ была запущена в ноябре 2014 г. Учебный курс нацелен на подготовку специалистов менеджмента высшей квалификации, которые уже достигли больших успехов в управлении своими проектами и коллективами. О новом проекте ИБДА E-xecutive.ru рассказывает руководитель программы DBA, доктор экономических наук Александр Гапоненко.

– В 2013 г. ректор ИБДА Сергей Мясоедов говорил, что взвешивает все pro et contra по поводу открытия DBA в ИБДА. В итоге вы стартовали в ноябре 2014 г. Почему было принято решение открыть программу? Какие аргументы pro оказались решающими?

– ИБДА позиционирует себя как бизнес-школа номер один в России. Мы объединились с Высшей школой международного бизнеса РАНХиГС, грядет объединение с некоторыми другими подразделениями. Мы единственные в стране обладаем «тройной короной» (то есть имеем тройную аккредитацию ведущих ассоциаций бизнес-образования мира). В связи с этим ИБДА является наиболее признанной за рубежом российской бизнес-школой. Укрупняясь, мы остаемся премиальным учебным заведением не только по ценовой нише, но и по существу. Мы просто не можем себе позволить не иметь полного цикла: бакалавриат, магистратура, МВА и DBA. DBA – это элитная программа, которая не может быть массовой и функционировать на самостоятельной базе. Открыть такую программу непросто, и это не ведет к немедленной финансовой отдаче, но мы все-таки решились на это. Программа стартовала в ноябре 2014 г.

– Сколько человек учится по программе DBA сейчас?

– Первая группа очень небольшая, всего семь человек. Они пришли к нам из таких разных сфер деятельности, как промышленность, сервис, ВПК, правительство Москвы, консалтинг... Это люди из разных сфер, и они испытывают огромное удовольствие от взаимодействия друг с другом. В своей традиционной профессиональной деятельности они бы никогда не встретились.

– Что их объединяет?

– Это весьма самодостаточные люди – в большинстве своем не только топ-менеджеры, но и собственники бизнеса, которые достигли значимых результатов в своей работе. Они отличаются от тех, кто проходит обучение на Executive MBA, своей творческой натурой. Они стараются постоянно расти – несмотря на то, что уже достаточно выросли к настоящему моменту. В своем профессиональном развитии они склонны к исследовательскому мышлению, и поэтому с удовольствием влились в наш коллектив.

– Что, на ваш взгляд, мотивировало их поступать на программу?

– Докторанты хотят, прежде всего, повысить свою квалификацию – но сделать это не путем «натаскивания» и не традиционным путем, когда им дают готовые рецепты и методы. Они хотят сами стать источником рецептов и методов для других. Эти люди уже вышли на такой уровень осмысления своей деятельности, что понимают: благодаря подготовке докторской диссертации у них существенным образом повысится и квалификация.

Второй мотив для поступления на программу DBA, на мой взгляд, связан с тем, что сейчас Высшая аттестационная комиссия старается реформировать процесс подготовки кандидатов и докторов наук, нацелив его на научных сотрудников и преподавателей высшей школы. В этих условиях у профессионалов, не являющихся учеными и преподавателями университетов, должна быть иная возможность зафиксировать свои достижения и подтвердить квалификацию. Для этого во всем мире существуют, в частности, степени DBA. Впрочем, для наших слушателей степень имеет вторичное значение. Прежде всего их интересует исследовательский процесс и развитие собственных компетенций.

– В Высшей школе менеджмента программа DBA состоит из семи модулей. В Международной школе бизнеса Финансового университета – из 12 модулей, и структура этой программы – совсем иная. В Высшей школе корпоративного управления – пять циклов. Вопрос: существует ли при таком разбеге единое понимание того, что такое DBA в России?

– В России сейчас действуют четыре программы DBA, и у нас у всех общее понимание процесса, идейно мы почти не отличаемся. А вот структура программы, действительно, может быть очень разной. В свое время, когда я писал учебник по стратегическому менеджменту, я заходил на сайты разных вузов мира и смотрел структуру их учебных программ. И обнаружил, что, например, между программами учебного курса по стратегическому менеджменту в Harvard и в MIT по формальным признакам нет вообще ничего общего. Они структурируют один и тот же предмет очень по-разному, но в результате получают общее понимание того, что такое стратегический менеджмент.

– Какова структура вашей программы DBA и в чем ее оригинальность?

– Мы выделили у себя три основных момента, которые можно назвать блоками, опорами или направлениями. Первый – это непосредственно исследование, которое докторант осуществляет вместе со своим научным руководителем. Он рассказывает о нем своим коллегам по DBA, обсуждает с консультантами, они все вместе дискутируют… Мы назвали это исследовательским циклом. Вторую опору можно условно охарактеризовать как когнитивную. Мы приглашаем экспертов из разных сфер, которые делятся своей экспертизой с сообществом внутри небольшой группы. Это не рассказ на массовую аудиторию, а профессиональная дискуссия среди коллег по поводу довольно тонких и сложных проблем, актуальных тенденций в менеджменте, управлении и организации производства. Третья опора – тренинговая. Мы приглашаем лучших специалистов, которые обеспечивают докторантам почти индивидуальные тренинговые циклы, помогают отшлифовать навыки лидерства и коммуникации. Программа длится три года, и на третий год мы уменьшаем количество сессий до четырех, оставляя время преимущественно для работы над диссертацией.

– Как сформулированы требования к квалификации абитуриента DBA и настроен «входной фильтр»?

– Мы решили не делать квалификационные требования формально жесткими. На Западе DBA идет следом за МВА, но в нашей стране до сих пор достаточно узок круг тех, кто имеет МВА. На входе мы ставим фильтр, проводя индивидуальные собеседования. На первое собеседование пришло десять человек, и мы в результате сделали группу из семи, а троим я посоветовал другие формы обучения. В группе у нас четыре кандидата наук и один без пяти минут кандидат.

– Возвращаясь к тем трем абитуриентам, которых вы не взяли на DBA: какие другие формы обучения вы им порекомендовали?

– МВА. Я видел уровень, с которым они пришли, и понимал, что их пока в большей степени интересуют рецепты, а не собственное осмысление и понимание процессов на основе наработанного базиса. Я им посоветовал МВА, и они пошли на МВА. Если говорить о формальных требованиях для поступления на программу, то требуется, конечно же, высшее образование и опыт работы. Но какой работы? Одно дело, есть менеджер, который занят продажами, – вряд ли он имеет достаточное общее понимание процессов. Его опыт не позволит ему провести собственную исследовательскую работу о генеральных тенденциях, существующих в менеджменте, переосмыслить их и начать использовать эти теоретические наработки в своей деятельности. Как правило, к нам приходят в большей степени дженералисты, которые уже имеют определенный багаж и общее понимание процессов. Они стремятся к тому, чтобы не просто освоить те или иные приемы на практике, но и подняться до их обобщения, осмысления. Они хотят стать гуру в своей сфере. Их главная амбиция – не запустить еще один проект, а сделать так, чтобы к ним прислушивались, чтобы их квалификация позволила им передавать свои навыки другим.

– Существуют ли некие метрики в процессе обучения?

– Безусловно. Очень важно, чтобы человек, который поступил на программу, действительно посещал занятия в объеме аудиторных часов, который мы даем, и выполнял учебные задания. Мы не предполагаем дистантный DBA. Все-таки значительная часть повышения квалификации возникает именно в процессе «перекрестного опыления» докторантов. Впрочем, этот критерий менее значим, чем основной – успешная защита.

– А что насчет публицистической и медийной активности? Будут ли ваши диссертанты публиковать книги, как в ВШКУ?

– Без публицистической активности трудно представить себе будущего гуру. Один из наших докторантов сейчас готовит книгу, которая выйдет уже совсем скоро, и он обещал принести ее на следующую сессию. Собственно, слушатели программы и без нашей помощи осуществляют публицистическую активность в виде монографий. Что касается конференций, мы будем в обязательном порядке проводить их у себя, а также отправлять спикеров на мероприятия в другие учебные заведения.

– На каком этапе докторант знает, кто у него будет научным руководителем?

– Они получают научных руководителей сразу же, с начала обучения. У нас открытый формат, то есть если бы кто-то сказал: «Я хочу такого-то руководителя», я бы прислушался. Но, бывает, докторанты не знают точно, кто им может помочь, – а я как руководитель программы знаю. Польза предварительного собеседования состоит в том, что на нем поступающие формулируют примерную тему своих исследований. Выбор научного руководителя зависит от темы исследования.

– Но ведь есть еще другие аспекты, такие как, например, уровень математической подготовки диссертанта, и который может не соответствовать ожиданиям научного руководителя. Или проблема несовместимости: по теме докторант и руководитель совпали, а по эмоциональному интеллекту – нет...

– Теоретически возможна смена научного руководителя. Кроме того, мы никогда не ограничиваемся одним конкретным руководителем – если руководителю не хватает компетенции в какой-то области, есть возможность пригласить одного или нескольких консультантов.

– Вы не могли бы привести примеры конкретных тем, над которыми работают ваши докторанты?

– Эти темы очень разные. Один из наших докторантов, имея относительно монопрофильный бизнес, сейчас старается создать диверсифицированный холдинг, причем очень нестандартным образом. Он осуществляет профессиональную переподготовку своего кадрового ядра, и многие сотрудники на инициативной основе предложили свои собственные проекты – стартапы, которые будут осуществляться ими не полностью самостоятельно, а под зонтичным брендом и с зонтичной помощью головной компании. Вторая работа нацелена на создание в Москве такой среды для ведения бизнеса, которая превратит Москву в обладателя устойчивых конкурентных преимуществ. Третья тема – адаптация традиционных и широко известных в мире технологий управления проектами в отечественном ВПК.

– Не романтики ли авторы, предложившие темы номер два и три? Когда они напишут диссертацию и вернутся на рабочие места реализовывать свои идеи, не столкнутся ли они с непреодолимыми препятствиями, которые заставят их отказаться от задумки?

– Романтики, в основном, поступают на МВА, на Executive MBA их уже не так много, а на DBA и вовсе практически нет. К нам приходят люди с сильной подготовкой, они достаточно реалистично на все смотрят и трезво оценивают ситуацию. Они прекрасно знают среду, в которой работают, и к своим исследованиям подходят очень прагматично.

– Кто в вашем случае будет принимать диссертацию? Постоянно действующий совет или собираемая и распускаемая комиссия?

– Я являюсь членом диссертационных советов последние лет двадцать пять и могу сказать, что эта форма не просто безусловно устаревшая, а к тому же близкая к абсурду. Занятые умные люди тратят свое время на то, что было решено еще на предварительной стадии. Однако сократить этот ритуал нельзя, и вот они два часа слушают формализованные выступления... Есть иная практика: в западных университетах степень PhD присуждается конкретной рабочей группой, ритуальная часть при этом сведена к минимуму, но фильтр является очень жестким. Мы будем стремиться к тому, чтобы по возможности сократить ритуальную часть. Сейчас я веду интенсивные консультации с коллегами на тему, как лучше это оформить.

– Вы думали о межшкольном взаимодействии программ DBA? Например, о межшкольной конференции DBA?

– Межшкольное взаимодействие продвинуло бы судьбу DBA в России. Сегодня эта программа в нашей стране находится на самом раннем этапе развития. Как я уже говорил, в обществе сильно изменяется отношение к степеням, которые присуждает ВАК. В этих условиях возникает определенный вакуум. Если мы заполним этот вакуум мощным консолидированным предложением, это даст хороший результат для всех игроков сразу.

Беседовала Елена Кочеткова, обозреватель по вопросам бизнес-образования

Оригинал статьи:
http://www.e-xecutive.ru/education/mbarus/1956022/?page=0

Контакты

СПРАВОЧНАЯ СЛУЖБА



Многоканальный телефон:
+7 499 956-99-99

E-mail:information@ranepa.ru
ПРИЕМНАЯ КОМИССИЯ
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 84
Бакалавриат и специалитет:
Call-центр:
+7 499 956-99-99 (многоканальный)
Часы работы: 10.00 – 18.00

Магистратура:
Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии
ПРЕСС-СЛУЖБА
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 84, к. 2

Телефон:
+7 499 956-99-69



E-mail:press@ranepa.ru
Гостинично-жилой комплекс
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 84, к. 2

Телефон:+7 499 956-00-44+7 495 434-33-25

E-mail: reserv@ranepa.ru

Президентская академия - лидирующий вуз России!