Новости

Декан факультета психологии ИОН РАНХиГС Владимир Спиридонов – о студентах, когнитивной психологии и знании английского

20 ноября 2020
Декан факультета психологии ИОН РАНХиГС Владимир Спиридонов – о студентах, когнитивной психологии и знании английского
Что такое практическая психология и чем она отличается от академической? Почему качественных научных статей по психологии на русском языке меньше, чем хотелось бы, и для чего студентам-психологам погружаться в изучение английского, программирования и статистики? Декан факультета психологии Института общественных наук (ИОН) РАНХиГС Владимир Спиридонов рассказал накануне Дня психолога, как развивается факультет и на чем его руководитель акцентирует внимание.

– Владимир Феликсович, как Вы относитесь к практикующим психологам?

– К практикующим психологам и в начале своей карьеры, и сейчас я отношусь с большим уважением, поскольку только наличие этих людей и позволяет исследователям спокойно заниматься своим делом. Я и сам много лет занимался психологическим консультированием, что считаю абсолютно правильным для любого психолога.

Не надо только путать психологическую науку и психологическую практику – это совсем про разное. А критично я отношусь к псевдонауке – когда всяческую чушь и болтовню пытаются выдать за научные результаты.

Можно выделить как минимум две линии развития психологии: практическая и академическая. Методы практической психологии направлены на работу с конкретными человеческими проблемами – страхами, неуверенностью, невысокой самооценкой, неуспешностью и многим-многим другим. Академическая психология стремится к объективному пониманию и накоплению знаний о психике и поведении человека. В мире доминирующим исследовательским направлением в нашей сфере сейчас является когнитивная психология, изучающая, как знания включены в человеческое поведение и управляют им.

– Вы стали кандидатом психологических наук в 1992 году, и тема диссертации была напрямую связана с когнитивной психологией – «Роль эвристических средств в развитии процессов решения творческой задачи». Что Вас воодушевило и подтолкнуло к когнитивной науке в те годы?

– Тогда это была еще не когнитивная, а просто экспериментальная психология. Я с большим подозрением относился и отношусь к тестовым данным, поэтому экспериментальные и квазиэкспериментальные процедуры кажутся мне гораздо более надежными и валидными.

– А какая научная работа по когнитивной психологии могла изменить Ваше представление о психологическом знании?

– Такой текст был один: статья Карла Дункера, написанная в 1926 году. Я читал ее на русском в переводе образца 1965 года.

Ну и, конечно, влияют рассказы коллег о каких-то конкретных работах – таких случаев было достаточно много. Потом я смотрю в базах эту статью с описанием исследования, но основной эффект, конечно, от рассказа.

– На факультете психологии традиционно проводятся семинары, на которых обсуждаются когнитивные исследования. На них Вы не раз с сожалением говорили, что русскоязычные научные статьи пишутся плохо. Как Вы считаете, с чем может быть связана эта проблема?

– Как мне кажется, беда в отсутствии нормальной конкуренции и, как следствие, реальных научных дискуссий в отечественной психологии. Одна из причин этого в том, что психологов, которые связаны с исследованиями, просто мало – они все легко находят себе место под солнцем, и столкновений не происходит.

Еще одна причина – в очень невысоком среднем уровне исследований. К сожалению, сделав действительно хорошую работу, человек пишет статью по-английски и не для российского журнала.

– Планирует ли факультет устанавливать долгосрочные международные связи, приглашать иностранных лекторов и спикеров?

– Мы готовим совместные работы с зарубежными коллегами, подаем заявки на совместные гранты… На факультете психологии действует лаборатория когнитивных исследований, в которой научные сотрудники проводят свои изыскания, проясняющие, как работает наше мышление в ситуации неопределенности: как принимаются решения и как решаются задачи. Так вот сотрудники лаборатории активно взаимодействуют с международным академическим сообществом. И здесь все неплохо.

Но лекторы и спикеры – это ведь не про исследования. Что касается работы с иностранными лекторами, тут часто все упирается в недостаточное знание английского языка студентами-психологами. Увы, ворковать про природу и про погоду – совсем не то же самое, что учиться на языке, а тем более работать. Я очень надеюсь, что через небольшое количество лет мы преодолеем этот неприятный момент.

– Что можете посоветовать студентам-психологам, которые находятся в процессе профессионального самоопределения?

– Я уже несколько раз отвечал на этот вопрос, так что оригинальности не будет: учите иностранные языки таким образом, чтобы на них можно было работать. Учите статистику и программирование, ведь, чем бы вы не занимались, это всегда пригодится. Постарайтесь найти и встретить в психологическом сообществе людей, с которыми вам интересно общаться и работать.

– Какие качества терпеть не можете в студентах?

– Отсутствие любопытства и вранье.

– Каким видите будущее факультета?

– Я очень хочу увидеть большой конкурентоспособный факультет, который представляет собой нечто похожее на город по Аристотелю: единство разных. Собственно, это и есть критерий подбора преподавателей и сотрудников. Высокий профессиональный уровень при этом считается необходимым.

Поскольку у нас невероятно широкая профессия, то факультет должен показывать студентам, магистрантам и аспирантам возможности развития: и личностного, и профессионального, и карьерного. Идея, что мы готовим исследователей, или консультантов, или специалистов по HR – порочная. Мы готовим профи, которые потом будут готовы выбрать тот путь, который им кажется правильным.

Гегель говорил, что развитие является тяжелой недобровольной работой, направленной против самого себя. Так что в основании любого движения – тяжелая работа. Самое главное – чтобы люди, которые работают и учатся у нас, понимали, что факультет – это коллективный проект. И мы его делаем (или портим) сообща.

– Вы – психолог, исследователь, профессор, декан, публичный оратор. Как вы относитесь к каждой из этих ипостасей?

– Каждая имеет и свои плюсы, и свои минусы. Наверное, самая общая или широкая из названных – профессиональная роль психолога, которая позволяет видеть в поведении окружающих больше, чем они хотят показать. Минусы такой роли являются очевидным продолжением ее плюсов. Профессор читает лекции, но может не иметь отношения к живой науке. Исследователь погружен в науку, но вынужден добывать ресурсы на осуществление исследований – например, приборы, людей, деньги. Декан – большой начальник, но занимается скучным администрированием. Публичный оратор популярен, но беззастенчиво может говорить глупости и так далее. «Нет в мире совершенства» – как говорил Лис в беседе с Маленьким принцем.

Пожалуй, важно любить то, чем занимаешься. Это актуально всегда. И, кстати, пользуясь случаем, хочу поздравить взрослых и начинающих коллег с нашим профессиональным праздником – Днем психолога, который мы отмечаем 22 ноября. Мы делаем большую, сложную и важную работу!

– Спасибо за беседу!


Контакты

Схема проезда Схема расположения корпусов
Справочная служба

Многоканальный телефон:
+7 499 956-99-99

E-mail:
information@ranepa.ru

Приемная комиссия
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Бакалавриат и специалитет:

Часы работы:
10.00 – 17.00

По вопросам поступления
на бюджетную основу:

+7 499 956-99-99

По вопросам поступления
на договорную основу:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Магистратура:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Пресс-служба
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

E-mail:
press@ranepa.ru
Гостинично-жилой комплекс
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Телефон:
+7 499 956-00-44

E-mail:
reserv@ranepa.ru

Телефонный справочник
Ректорат
Подразделения
Факультеты и институты
Кафедры
Научные центры и институты
Филиалы Написать

Президентская академия – национальная школа управления