Новости

Эксперт ФИРО РАНХиГС Александр Попов: «Новый уклад экономики сформирует заказ на массовое клубное образование»

18 июня 2021
Эксперт ФИРО РАНХиГС Александр Попов:  «Новый уклад экономики сформирует заказ на массовое клубное образование»

Какой взнос в становление постиндустриальной экономики должна внести система дополнительного образования детей (ДОД)? Об этом корреспондент сайта Президентской академии спросил у заведующего сектором «Открытое образование», главного научного сотрудника Федерального института развития образования (ФИРО) РАНХиГС Александра Попова.

– Александр Анатольевич, продолжительность человеческой жизни растет, понемногу вытесняя из нее работу. Нам грозят 4-дневной рабочей неделей, а это значит: на цивилизацию наступает свободное время. Согласитесь ли вы с тем, что роль системы дополнительного образования детей взлетает до максимума, ибо оно становится смыслом образования, если не всей жизни?

– Применительно к России, думаю, что это не так.

– Почему?

– Потому что Россия – страна разных технологических укладов. Ситуация в Москве, Мурманске, каком-нибудь селе Алтайского края – разная. Это совершенно непохожие с точки зрения технологических укладов экономики. Поэтому говорить про «дополнительное образование страны» не совсем, мне кажется, правильно. В разных точках образование должно решать разные проблемы.

– Многие детские объединения называют себя клубом и добавляют: клуб – это форма дружбы. Вы согласны с этим определением? Может быть дружба по программе?

– Да, безусловно. Понятие «клуб» как форму объединения, где люди общаются без социальных статусов, ввел в свое время советский философ и методолог Г.П. Щедровицкий. В этом смысле любой клуб – это элемент товарищества и профессиональной дружбы.

Вопрос в другом. Человеческое время очень дорого стоит, даже в глазах самого человека. Каким же должен быть «клуб друзей», чтобы его, а не более целевые образовательные институции, предпочел подросток?

Можете себе представить, что в одном месте вас учат работать на станке, и это принесет вам хлеб, а в другом – предлагают просто подружиться, а у вас тайм-прессинг. Что вы будете выбирать? Клуб – это для людей, у которых есть свободное время, роскошь по нашим временам.

– А оно есть сегодня у детей, как вы думаете? И должно ли быть?

– Это очень хороший вопрос. Во-первых, у нашего ученика сегодня свободного времени нет ни минуты, а оно должно бы быть. Почему его нет? Мы двигаемся экстенсивно, а не интенсивно в сфере образования. У меня в лекции есть такой пример. В одном северном городе решили, что дети по окончании школы должны трудоустраиваться правильно, то есть, возвращаться в «индустрию до́бычи», как они говорят. Организаторы образования без затей прибавили старшеклассникам к их расписанию еще 2 урока физики и математики: для мотивации. Это были уже, можете представить, 7-й и 8-й уроки, а иногда 9-й и 10-й. И добились того, что показатели поступления на инженерные специальности резко упали, отвращение возникло у молодежи к этому профилю.

Меня специально пригласили, чтобы я исследовал ситуацию. И я ее детально изучил, а в конце своего пухлого исследования внес конкретное предложение: «Уберите 7-й и 8-й уроки по физике и математике». Что они и сделали – и все наладилось.

– Забавно...

– Вывод из этого простой: не мешайте детям жить. Если не знаете, что делать – не делайте ничего. У человека появится свободное время, и он сам распорядится окном в расписании. Именно в этом «окне» дети того северного города стали создавать самодеятельные клубы, подростковые группы по увлечению.

В 90-е годы в Бийском лицее Алтайского края мы развернули целое клубное движение на базе Культурного центра «Альтаир». Каждый из 11 отделов центра возглавлял ученик: отдел кино, отдел развития своего региона, театральный отдел, походы, свой издательский проект. Был даже отдел маркетинга и финансов, который занимался фандрайзингом – искал спонсоров для привлечения к реализации социально значимых инициатив. Вот это был настоящий клуб.

Вплоть до того, что на вахте лежала служебная записка на проход и получение ключа 11 подростками. Предъявляя билет лицеиста, они принимали от вахтера ключ. У ребят было место физическое в этом мире, которым они очень дорожили.

А другие люди, уже из другого города, где мы выполняли заказ на создание детского клуба, сказали: «Нет, нельзя доверять подросткам ключ от помещения. Все разнесут, начнут водку пить, курить...». Понимаете? Мы все зарегламентировали, в том числе и клубы, а клуб — это принципиально вольное создание. Конечно, образовательная программа ему не помеха. И у нас в «Альтаире» тоже была подробная программа с расписанием, ничего страшного. Но возглавляли клубные проекты сами дети, а взрослые были наставниками.

В результате мы «охватили» своим начинанием лицей, полгорода, потом весь город, а потом целый край. Таким образом возникла легендарная Школа гуманитарного образования, которой в этом году исполнилось 25 лет. Сетевой федеральный проект.

То есть стартовали с клуба, поскольку только в нем и разворачивается твой человеческий потенциал – творческие способности, которые вначале именно здесь и могут проявиться. Пожалуйста: человек приходит с инициативой, добивается, что ему дают отдел «Что? Где? Когда?», и приступает к делу. Например, играли девочки-гуманитарии, а вопросы им мальчики-физики задавали по гуманитарным предметам, а в следующий раз – наоборот, мальчикам-физикам девочки-гуманитарии придумывали вопросы по физике.

Внутри 11 отделов нашего центра были заложены лучшие человеческие качества, которые дети с удовольствием открывали в себе.

– Время клубов уходит или ушло безвозвратно?

– Мы разучились делать клубное движение. В Советском Союзе, кроме его тоталитаризма, так или иначе формировалась идея гуманизма, которой сегодня очень не хватает. Как это ни парадоксально. Я в детстве был заядлым членом клуба «Белая ладья», по соседству размещалась «Золотая шайба», рядом «Кожаный мяч».

И, заметьте, все в дополнительном образовании на самом деле было построено именно в этом формате: клуб авиамоделирования, математические, туристические, фото-, спортивные клубы... В те же шахматы, например, играли миллионы, это было мощное движение, где рушились нормативные отношения «по возрасту», потому что дети часто играли на одной доске со взрослыми. А Клубы авторской песни? Естественно, авторский жанр мог расцветать только в свободных структурах. Клуб – это возможность свободного мышления, потому что иного мышления и не бывает.  

Кстати, в клубах развитие происходит зачастую быстрее, чем в обычных классах. Сейчас моя дочь не хочет ходить в шахматную школу – играет со мной на домашней доске, со своими сверстниками и моими друзьями, и для нее это клуб. А шахматную школу бросила. Потому что там ее за парту посадили и начали просто преподавать. Это же неинтересно...  

– Должна ли современная гимназия походить на клуб – сеть свободных студий и классов по детским интересам? Или это не современная задача?

– Вы знаете, я хочу пример привести из золотого фонда нашей педагогики – Царскосельский лицей. Разве это был не клуб, из которого выросли личности, которые повернули во многом вектор развития государства российского? Неслучайно даже в строгих нормативных колледжах на Западе огромное внимание уделяется детским клубам. По истории, по интересам – каких только клубов там нет! В этом смысле, если грамотно строить образование как формирование картины мира, то, конечно же, уклад школы и постсоветского университета должны поменяться с помощью модели «Полный день», впервые обкатанной нашими замечательными педагогами Эдуардом Костяшкиным и Василием Сухомлинским еще в 1950-е гг.

По каким технологиям живет «клубное образование»? Они известны организаторам ДОД: нужно увидеть лидера-ребенка и мягко передавать ему полномочия под твоим, педагога, чутким контролем.

В походах по Алтайскому краю я ходил по маршруту, составленному детьми. Выполнял в основном функции дежурного по безопасности. Через каждые 2 часа остановиться, проверить наличие клещей. «Палатку разбивать где можно, ребята? Здесь нельзя. Почему?» Поговорили, приняли решение. «Воду какую наберем и где, сколько ее кипятим?» и т. д. А потом наступило время и философских клубов, и исторических, и даже клубов по региональному развитию.

Один региональный министр однажды сказала: «Ты – бесконфликтный учитель. У тебя нет конфликтов с детьми, ты не раздражаешься на них. А взрослых, наоборот, когда ведешь курсы повышения квалификации, чихвостишь направо и налево. Почему?». Я говорю: «В моем представлении ребенок – это существо пока еще не самоопределившееся, и это самоопределение надо поддержать. А взрослому самодостаточному педагогу я предоставляю заботу о самоопределении подопечных, поэтому с ним так и разговариваю». «Ты глубоко ошибаешься, – слышу в ответ. – В нашей стране несамоопределенных взрослых полным-полно».

Мне кажется, что самоопределение личности возможно только в так называемой клубной деятельности. Кстати, это не значит, что люди в этом пространстве будут лоботрясничать. Они могут ту же классическую математику так изучить в опережающем режиме, что о-го-го.

– Социологи подсчитали, что эра свободного времени вытеснит из экономики 75% граждан. Придут роботы и освободят 2/3 населения от трудов праведных. Чем они тогда займутся? Будут играть на арфе и сочинять мадригалы?

– Наступающая следующая промышленная революция заставит искать работу или приобретать новую профессию каждого второго работника. В Европе уже думают о том, какой тип рабочих мест придет на смену настоящим.

Во-вторых, в истории культуры этот процесс идет, если убрать точки кризисов (то есть, войны и эпидемии), довольно последовательно. Технический прогресс всегда высвобождал какие-то занятия, профессии. Эти промышленные переходы, если взять методологию Николая Кондратьева, очень известного экономиста, всегда сопровождались политическими кризисами, мировыми войнами.

Второй момент, назовем его «эффект сомалийских пиратов». В свое время в Сомали США проводили невольный эксперимент – ставили новые производственные линии. В результате огромное количество местных жителей «выскочило» из натуральных производств. Эти парни взяли автоматы и стали захватывать заложников. Это называется «эффект сомалийских пиратов». И он тоже ничего хорошего нам не сулит.

Но мы с вами знаем и позитивные примеры. Маргарет Тэтчер переформатировала шахты и шахтеров – грубо говоря, переучивала их на портовых рабочих, и не только.

Хочу сказать, что перспектива, которая нас ожидает, не уникальна в истории, она уникальна для нашей с вами жизни. Мы живем на границе технологического уклада, что потребует массового самоопределения. А эта задача, соответственно, сформирует заказ на клубное образование. В этом есть и плюсы. Есть хорошая арабская поговорка: когда караван поворачивает, то хромой верблюд может стать первым. Условно говоря, по прямой обогнать очень сложно, а на повороте реально. В этом смысле, если к часу икс мы нарастим определенную технологическую базу, то можем действительно стать мировыми лидерами в процессах, определяющих качественный рост производительности труда.



Контакты

Схема проезда Схема расположения корпусов
Справочная служба

Многоканальный телефон:
+7 499 956-99-99

E-mail:
information@ranepa.ru

Приемная комиссия
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Бакалавриат и специалитет:

Часы работы:
10.00 – 17.00

По вопросам поступления
на бюджетную основу:

+7 499 956-99-99

По вопросам поступления
на договорную основу:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Магистратура:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Пресс-служба
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

E-mail:
press@ranepa.ru
Гостинично-жилой комплекс
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Телефон:
+7 499 956-00-44

E-mail:
reserv@ranepa.ru

Телефонный справочник
Ректорат
Подразделения
Факультеты и институты
Кафедры
Научные центры и институты
Филиалы Написать

Президентская академия – национальная школа управления