Новости

Преподаватель ИОН РАНХиГС Кирилл Харатьян: журналист должен уметь собирать, обрабатывать и доставлять информацию

25 августа 2020
Преподаватель ИОН РАНХиГС Кирилл Харатьян: журналист должен уметь собирать, обрабатывать и доставлять информацию

Чем журналист похож на ремесленника? Почему «вторая древнейшая» живее всех живых, несмотря на пророчества о скорой смерти? И где кончается журналист и начинается агитатор? Новый руководитель программы «Медиажурналистика (Liberal arts)» и мастерской медиаменеджмента и деловых медиа Института общественных наук (ИОН) РАНХиГС, до недавних пор – заместитель главреда газеты «Ведомости», известный журналист Кирилл Харатьян рассказал сайту Академии, чему учат на журфаке и что такое журналистика на самом деле.

– Говорят, что журналистика, если не умерла, то вот-вот умрет. Что думаете об этом?

– Мы ведь преподаем журналистику! А как мы можем говорить и, что еще хуже, считать, что она вот-вот умрет? Тогда что мы преподаем? Тогда надо сворачиваться и – будьте здоровы…

– А почему, как полагаете, эта профессия попала в Атлас новых профессий как умирающая?

– Не знаю! Вероятно, речь идет просто о разном понимании сути профессии. Журналистика в том понимании, в котором вижу ее я, не умирает и не собирается.

– Вы с этого года взялись руководить программой на журфаке. Чему собираетесь учить своих будущих коллег?

– Начнем с того, что журналистика – такая интересная область, что в ней почти нет теории. Есть не теория, а некий набор правил, которые надо объяснить студентам. Дальше, внутри этих правил, есть более узкие направления, где есть своя специфика – эту специфику тоже можно объяснить. Но все это – не знания, а навыки. Есть разница между физикой, где надо думать, сопоставлять, делать выводы, и есть кузнец, которые знает, как ударить молотком, какой температуры должен быть металл и прочее. Журналист – это скорее кузнец, чем физик.

Я не зря говорю про кузнечное ремесло: с одной стороны, такого кузнеца, который сделает и щеколду, и подкову, какие-то зримые предметы, наверное, уже нет – это все производят на заводе, это конвейерная история. И есть кузнец, который украшает интерьеры – и это ремесло на уровне искусства. А еще с третьей стороны есть кузнечный смысл: несмотря на то, что кузнеца нет, кузнечное производство продолжает быть в тех или иных формах.

Так вот журналистика – она примерно таким образом развивается: есть промышленная доставка информации, есть штучные, нишевые проекты, которые закрывают определенные надобности определенной группы или категории людей.

Что касается конвейерной журналистики – она, конечно, умирает в том смысле, что она все меньше производит смыслы. Там производят идеологию, пропаганду, маркетинг – что хотите. А вот собственно журналистика оттуда уходит.

С другой стороны, все больше становится таких проектов, где журналистика удовлетворяет понятные и не очень большие интересы людей. Есть тематические, есть жанровые проекты. Про образование, например, или проекты, связанные с расследованиями. Ни у кого не возникает вопроса, почему эти проекты существуют. Вот там журналистика есть и развивается очень даже успешно.

Теперь про дефиницию. Что такое журналистика? Задача журналиста – и это не сразу понимают студенты, а это очень важно! – не хорошо писать. Задача журналиста – это не литература. Задача журналиста – это выдерживание стандартов сбора, обработки и доставки информации. Все! Надо уметь информацию правильно собрать, правильно обработать и хорошо доставить. Это главное.

Что такое сбор информации – это работа с источниками. Мы студентам рассказываем: журналист должен удостовериться, что информации, взятой из этого конкретного источника, можно доверять. Надо проверить, имеет ли источник отношение к нужной нам информации, из одного ли они смыслового поля… Но это еще не все! В отличие от обычного человека, который позвонил в один источник, узнал все, что ему нужно и успокоился, журналист одним источником информации удовлетвориться не может. Он обязательно должен знать хотя бы два мнения на одну и ту же тему. Это абсолютная банальность и все об этом знают, но почему-то эту задачу теперь мало кто из журналистов решает...

Теперь – обработка информации. Для того, чтобы явление или событие стало частью журналистской работы, это явление необходимо поставить в ряд ему подобных. Если это такая вещь, которая случается впервые – мы описываем, что она случилась именно впервые. Если нет, то мы должны найти какие-то истории, факты, обстоятельства, события, которые о том же, но случились в других условиях. Мы обязаны явление, факты события, человека, сравнить с тем, что похоже на него. И тогда мы получаем эту самую обработку информацию.

Здесь уже дополнительно может быть литературная красота. Но это во вторую, а не в первую очередь. Здесь может быть остроумная речь, приятные спикеры, какие угодно украшения, но сначала все же – правильная обработка. Если уж взялись за кузнечную аналогию, то тут, как с щеколдой – она может быть самой простой, а может быть произведением искусства. Но важно, чтобы она в первую и во вторую очередь запирала дверь – это ее главная функция.

Третье – каналы доставки. Когда-то с этим было совсем просто: глашатай вышел на площадь и сообщил. Все ясно. Потом появилась печать. Потом радио и ТВ. А теперь каналов доставки очень много! И это накладывает на нас как на журналистов определенные обязательства.

Я говорю о настройке информации, которую мы ходит донести. В Telegram-канал мы не положим длинное произведение с большим количеством фотографий. В Instagram надо поменьше текста и побольше красивых фото. На Facebook мы не можем сделать дизайнерской красоты – там нет для этого условий, а на сайте можем сильно разгуляться…

– Кстати, а сайты неужели прямо так уж сильно нужны, если все равно все читают в соцсетях?

– Сайт нужен как архив. Сегодня это основная функция сайта: иметь возможность посмотреть, а что еще по этому поводу есть. Если это большое издание, которое правильно выполняет все три пункта, о которых мы уже с вами говорили, и я ему доверяю, я его могу использовать как источник проверенной информации и туда ходить, чтобы получать то, что мне нужно.

Так вот о каналах доставки: их конечно, сейчас невероятное разнообразие. В некотором смысле это обилие каналов доставки очень сильно поддерживает журналистику как таковую. Потому что один раз созданный контент можно продать восемь раз…

– А вот это самое обилие каналов доставки не размывает ли ценность журналистики? Они ведь теперь – эти каналы – есть абсолютно у всех, не только у журналистов.

– Вот мы как раз приближаемся к важному моменту. Я ж не просто так говорю, что журналистика – это ремесло… Сейчас объясню: мы живем просто в океане контента. Никогда в истории человечества ничего подобного не было и через какое-то время и не будет. Каждая бутылка кефира или отрубей, подгузники, стиральный порошок – все, что угодно вопит о контенте! Кидается в нас контентом. Такое обилие информации, что очень просто потеряться.

Я, наверное, прожектер, но я думаю, что роль хорошо составленного контента должна и не может не расти. Потому что люди – не болваны и понимают, что их в огромном количестве случаев просто дурят. Есть люди, которые идут на то, чтобы их дурили – это другая история. А для нас, для журналистов, важна вот эта трезвая прослойка – небольшая, может быть, процентов 20, которой важно качество. Это наша цель. Наши клиенты. А мы же все-таки сервис – не будем об этом забывать. Так вот эти люди в нас нуждаются, и они нам заплатят в конце концов за качественную информацию.

Конечно, очень удобно в Яндексе или Гугле что-нибудь поискать. Там, говорят, найдется все. Но как только запрос по сложности превышает «купить подушку» или «купить телевизор», все становится трудно.

Вот пример: я решил составить сюжет про Белоруссию. И вспомнил одну историю из времен Великой Отечественной войны: существовала недолгое время на так называемая Локотская республика под предводительством в том числе некоего Бронислава Каминского и под управлением фашистов. Только представьте: в Брянской области во время Великой Отечественной войны образовалось квазинезависимое государство. Потом, когда Красная армия стала наступать, это государство переместилось в Белоруссию, в городок Лепель, где опять года на полтора образовали квазигосударство под протекторатом немцев. Но в это время же там, в Белоруссии, был партизанский край, по официальной советской версии, под руководством Пантелеймона Пономаренко. Тоже самостоятельный мир.

Так вот я хотел понять в связи с нынешними белорусскими событиями, как соотносились силы Бронислава Каминского и Пантелеймона Пономаренко? Я хотел разобраться, какое между ними было взаимодействие. И ничего не нашел по этому поводу! Я позвонил одному историку, который занимается ВОВ – он ничего про это не знает. Я не нашел в поисковиках ничего о том, как взаимодействовали эти две большие истории! Нашел в воспоминаниях одного партизана лишь один абзац, как они пытались захватить этого Каминского. И все!

То есть, информация чуть посложнее запроса «скачать фильм» – нуждается в источнике более надежном и более солидном, чем Википедия. Журналистика как раз об этом. Главный сюжет журналистики, главная ее функция – обеспечить вас и меня надежной, проверяемой, качественно обработанной информацией. Так давно сложилось, и это не изменится.

– А как журналистам конкурировать с блогерами? Вторые же тоже предоставляют информацию – много, разную, иногда даже качественную… Но она вне закона о СМИ, вне редакций – пиши, что и как хочешь…

– А ни с кем не надо конкурировать! Есть люди, которые соблюдают стандарты журналистики – тогда они журналисты. Блогеры они называются или как-то иначе – это

неважно. Если соблюдаются правила, о которых мы с вами вот только что говорили, то это журналистика. Если стандарты не соблюдены – это не журналистика. Очень просто.

То есть журналистика может возникнуть в любом месте и в любом месте она может умереть. Запросто может умереть в крупной и опытной редакции и точно так же запросто родиться в личном блоге. Журналист – это человек, который знает, что нет вещей, о которых мы можем умолчать, кроме тех вещей, молчать о которых нас заставляет федеральный закон.

– А этот подход коррелирует с реальной жизнью в реальных условиях?

– Еще бы. Дело просто в определениях. Если журналист не готов соблюдать принципы журналистики, то он – не журналист, а, скажем, пропагандист, агитатор, маркетолог – много же есть хороших, востребованных профессий. Кто-то захочет быть журналистом – тогда он должен соблюдать упомянутые выше правила. Собственно, профессия состоит в том, чтобы крепко-крепко, изо всех сил держаться за стандарты. И все.

Вот вам пример из близкой мне медицинской области: в те времена, когда шприцы были многоразовые, им требовалась стерилизация. Но это уже последний этап. А вообще каждый шприц надо было обработать тремя способами. Не одним из трех. А последовательно всеми тремя. Три этапа обработки шприца до автоклава. И нельзя ни один из них пропустить, проигнорировать или забыть. Проигнорируешь – будет у тебя в больнице гепатит, СПИД и еще что-нибудь в этом духе. Каждый из этих этапов куплен жизнями больных.

То же самое с журналистикой… Она, конечно, не всегда смертельно опасная вещь, но в целом надо помнить, что есть стандарты, которые обеспечивают ее существование. И ни один из них ни проигнорировать, ни пропустить просто нельзя.

Этому и учим студентов. У нас на программе преподают практики. Это люди, которые изо дня в день занимаются вот этой самой ковкой щеколд и обработкой шприцев. Ремесленники, которые знают, помогут, расскажут и научат. И по отраслям, и по жанрам, и со сложностями в поиске информации.

Смысл нашего предприятия – это подготовка не теоретиков, которые в целом просто рассуждают. Нас интересует грамотный, настойчивый, последовательный сбор информации и ее обработки.

– Журналист завтрашнего дня чем-то отличается от того, который есть сейчас и который был вчера?

– Конечно! Он отличается тем, что в совершенстве владеет новыми способами обработки информации. Он понимает, что такое big data, что такое data science, он владеет навыками, которые позволяют докапываться до мелких подробностей. Он владеет искусством понимания того, чего хочет аудитория. Он ориентируется в каналах доставки. Видит в соцсетях запрос, на который надо ответить журналистике. Но при этом он помнит главное. Что – читайте выше. 

Контакты

Схема проезда Схема расположения корпусов
Справочная служба

Многоканальный телефон:
+7 499 956-99-99

E-mail:
information@ranepa.ru

Приемная комиссия
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Бакалавриат и специалитет:

Часы работы:
10.00 – 17.00

По вопросам поступления
на бюджетную основу:

+7 499 956-99-99

По вопросам поступления
на договорную основу:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Магистратура:

Контакты приемных подкомиссий факультетов/институтов Академии

Пресс-служба
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

E-mail:
press@ranepa.ru
Гостинично-жилой комплекс
119571, г. Москва,
Проспект Вернадского, д. 82

Телефон:
+7 499 956-00-44

E-mail:
reserv@ranepa.ru

Телефонный справочник
Ректорат
Подразделения
Факультеты и институты
Кафедры
Научные центры и институты
Филиалы Написать

Президентская академия – национальная школа управления